Второе следствие касалось решения методологических проблем социальной психологии. Коль скоро она "проходила" по рубрике психологических дисциплин, ее взаимоотношения с марксизмом строились по иной модели, чем в социологии. Марксистский подход не выступает здесь в качестве прямого идеологического диктата, но заявляет о себе преимущественно как преломленный в общепсихологической теории некоторый философский принцип. Это не освобождало от идеологических "вкраплений" в проблематику социальной психологии. Наиболее ярко они проявлялись в оценке западных школ социальной психологии, хотя и здесь довольно редко в форме прямых политических "обличений", но, скорее, как критика "ложной методологии" (впрочем, пропорции того и другого варьировали у разных авторов). Апелляции к идеологии присутствовали и в освещении некоторых конкретных проблем, например, коллектива, "психологии социалистического соревнования" и пр. "Идеологический диктат" не насаждался извне или каким-нибудь прямым вмешательством со стороны государственных органов или партии - скорее, он проявлялся как "внутренняя цензура", поскольку основная масса профессионалов была воспитана в традициях марксистской идеологии.
Гораздо важнее опосредованное "влияние" марксизма на социальную психологию через философские основания общей психологии. В данном случае необходимо назвать прежде всего психологическую теорию деятельности, разработанную на основе учения Л.С.Выготского о культурно-исторической детерминации психики. Теория деятельности, развитая в трудах С.Л.Рубинштейна, А.Н.Леонтьева, А.Р.Лурия, была принята большинством представителей психологической науки в СССР, хотя и в различных ее вариантах [2, 12]. Наиболее полно она была интернализована социальной психологией "московской школы", на психологическом факультете МГУ (где деканом был А.Н.Леонтьев) [32, 33]. Кардинальная идея теории, заключающаяся в том, что в ходе деятельности человек не только преобразует мир, но и развивает себя как личность, как субъект деятельности, была воспроизведена в социальной психологии и "адаптирована" в исследованиях группы. Содержание названного принципа раскрывается здесь в понимании деятельности как совместной, а группы - как субъекта, что позволяет изучать ее характеристики в качестве атрибутов субъекта деятельности. Это, в свою очередь, позволяет трактовать отношения совместной деятельности как фактор интеграции группы. Наиболее полное выражение этот принцип получил позже в психологической теории коллектива [53].
Принятие принципа деятельности фундаментальным в значительной степени обусловило весь "образ" социальной психологии как науки. Во-первых, это предполагало акцент не на лабораторные, но на реальные социальные группы, поскольку лишь в них присутствуют действительные социальные связи и отношения; во-вторых, принятый принцип определил логику построения предмета социальной психологии. В программах курса социальной психологии эта логика выглядит следующим образом.
Раздел 1 - введение, где традиционно обозначается предмет социальной психологии, основные вехи ее истории, методологические принципы и конкретные методы исследования.
Раздел 2 - общие характеристики общения и взаимодействия (т.е. коммуникация, интеракция, социальная перцепция), интерпретированные в контексте общественных и межличностных отношений.
Раздел 3 - социальная психология групп: больших (организованных и стихийных, а также массовых движений) и малых (куда включаются вся групповая динамика, а также проблемы развития группы на основе развития в ней совместной деятельности), психология межгрупповых отношений.
Раздел 4 - социальная психология личности, где выделены проблемы социализации, социальной установки, взаимоотношения личности с группой, то есть социальной идентичности и специфики познания личностью социального мира.
Раздел 5 - практические приложения социальной психологии [2].
Описанный подход охватывает практически все традиционные области социальной психологии. Его специфика - лишь в трактовке и последовательности изложения проблем, диктуемых принципом деятельности.
Комментарии
Загрузка комментариев…